За январь — сентябрь 2026 года в Россию ввезли 153,5 тыс. новых автомобилей по альтернативным каналам, на 75% больше, чем годом ранее, — такой итог подсчитал «Автостат» в анализе его директора Сергея Целикова. Для масштаба: всего за девять месяцев страна приняла 301 тыс. новых легковых, то есть каждый второй приехал без разрешения владельца бренда.
Направления два — Китай, 67,5 тыс. машин и плюс 83%, это 44% поставок, и Киргизия, 54 тыс. и плюс 124%, это 35%; вместе почти 80%. И это, судя по составу, два разных рынка: в китайском потоке 78% машин укладываются в 160 л.с., и восемь моделей первой десятки попадают под условия льготного утильсбора; киргизский, наоборот, на 76% собран из автомобилей свыше 160 л.с.
По моделям выглядит так. Из Китая: Mazda CX-5 — 18 444 шт., или 27,3% направления, Nissan Qashqai — 5 406 (8%), Kia Seltos — 2 723, Toyota RAV4 — 2 403, Volkswagen Tharu — 2 237. Через Киргизию: Toyota RAV4 — 6 021, Toyota Highlander — 5 556, Audi Q5 — 3 203, Toyota Camry — 2 989, Volkswagen Tiguan — 2 642. Первые пять мест в китайском рейтинге занимают японские, корейская и немецкая модели, так что «из Китая» не значит «китайское»: Киргизия здесь маршрут, а не страна сборки.
Почему одну и ту же машину выбирают двумя дорогами?
RAV4 и Highlander стоят в обоих рейтингах, и через Киргизию каждая из них прошла более чем вдвое чаще, чем напрямую. Кому нужна мощная машина, тот смотрит на киргизский маршрут, кому важнее льготные условия по утильсбору — на китайский: выбор марки в этом списке ничего не решает, решает лошадиная сила в документах.